Авторы
Литературный редактор:
Диана Медведева
Научный редактор:
Сергей Федосов
Шеф-редактор:
Маргарита Тихонова
Вступление
На плановый приём к лору обратился мужчина 45 лет с морбидным ожирением.
Жалобы
Пациент жаловался на громкий храп, эпизоды остановки дыхания и удушья во сне (заметила супруга), частые ночные пробуждения, сухость во рту и головную боль по утрам. Также его беспокоили неосвежающий сон, выраженная дневная сонливость, снижение концентрации внимания и работоспособности.
Храп и остановки дыхания усиливались в положении лёжа на спине, после употребления алкоголя и при переутомлении. На боку храп становился менее выраженным, но заметного улучшения самочувствия после длительного сна в такой позе мужчина не отмечал.
Анамнез
Храп беспокоил около 8 лет, а в последние 2–3 года усилился на фоне увеличения массы тела. Остановки дыхания впервые заметили примерно год назад. Постепенно к ним присоединились утренняя разбитость и головные боли.
Ранее пациент по поводу нарушения дыхания не обследовался, СИПАП-терапию не получал (лечение с помощью аппарата, создающего постоянное положительное давление в дыхательных путях).
Пациент работает водителем, ведёт малоподвижный образ жизни. За последние 10 лет его масса тела увеличилась на 35 кг: при росте 178 см вес на момент осмотра составил 145 кг. Индекс массы тела (ИМТ) — 45,8 кг/м², что соответствует морбидному ожирению. Курение отрицает. Алкоголь употребляет эпизодически, 1–2 раза в неделю (преимущественно пиво). Страдает артериальной гипертензией, назначенное лечение принимает нерегулярно. Операций на лор-органах не было.
Обследование
Общее состояние удовлетворительное. Отмечалось морбидное ожирение, окружность шеи — 48 см. Артериальное давление — 148/92 мм рт. ст. (повышено), частота сердечных сокращений — 84 удара в минуту (в пределах нормы), сатурация (уровень насыщения крови кислородом) в покое — 96 % (в пределах нормы). Носовое дыхание было умеренно затруднено из-за искривления носовой перегородки, слизистая без выраженного отёка. Нёбные миндалины умеренно увеличены до 2-й степени. Мягкое нёбо удлинённое, язычок увеличен. Просвет ротоглотки сужен, по шкале Mallampati — IV класс (самый высокий риск затруднения проходимости дыхательных путей). Признаков острой лор-патологии не выявлено.
По шкале сонливости Эпворта пациент набрал 16 баллов (выраженная сонливость), по шкале STOP-BANG (скрининговая шкала для выявления риска обструктивного апноэ сна) — 7 из 8 баллов (высокий риск). При ночном кардиореспираторном мониторинге индекс апноэ-гипопноэ (количество остановок и частичных прекращений дыхания в час) составил 42 эпизода в час (тяжёлая степень, так как норма — менее 5), преимущественно обструктивного характера (связанного с закрытием дыхательных путей). Минимальный уровень сатурации достигал 76 % (значительно ниже нормы), время с сатурацией ниже 90 % — 18 % от общего времени сна (критический показатель). Также отмечены выраженная фрагментация сна и усиление нарушений дыхания в положении на спине.
Диагноз
Обструктивное апноэ сна тяжёлой степени: индекс апноэ-гипопноэ (ИАГ) — 42/ч, выраженная ночная гипоксемия. Морбидное ожирение, ИМТ — 45,8 кг/м². Сопутствующая артериальная гипертензия.
Лечение
Пациенту назначили СИПАП-терапию в автоматическом режиме с давлением 8–16 см вод. ст. и увлажнителем, ежедневно на весь период ночного сна. Подобрали маску и обучили пациента правильному использованию аппарата.
Рекомендовали:
- похудение под наблюдением эндокринолога и диетолога;
- сон преимущественно на боку;
- отказ от алкоголя и седативных (успокаивающих) препаратов перед сном;
- ограничить управление автомобилем (до исчезновения дневной сонливости).
Мужчину направили к кардиологу для коррекции гипотензивной терапии.
В первые дни пациент отмечал дискомфорт из-за маски, который удалось устранить после повторного подбора. Через месяц мужчина использовал СИПАП-терапию в 87 % ночей, в среднем по 6 часов за ночь. Остаточный индекс апноэ-гипопноэ по данным аппарата составлял 3,6/ч (в пределах нормы), значимых утечек воздуха не было.
Спустя 3 месяца средняя продолжительность сна увеличилась до 6,5 часов за ночь, остаточный ИАГ — 2,8/ч (норма). Сонливость по шкале Эпворта снизилась с 16 до 5 баллов (норма). Масса тела уменьшилась на 7 кг.
На фоне регулярной СИПАП-терапии остановки дыхания исчезли, а храп практически прекратился. Пациент отмечал более глубокий сон, отсутствие утренней головной боли, повышение бодрости и работоспособности. Дневная сонливость значительно уменьшилась.
Ему рекомендовали продолжать СИПАП-терапию постоянно, контролировать массу тела и наблюдаться у сомнолога.
Заключение
Этот клинический случай демонстрирует тяжёлое течение синдрома обструктивного апноэ сна у пациента с морбидным ожирением и выраженной ночной гипоксемией. Несмотря на длительное заболевание и высокий сердечно-сосудистый риск, правильно подобранная СИПАП-терапия быстро нормализовала дыхание во сне и существенно улучшила самочувствие. Ключевое значение имели не только сам факт назначения аппарата, но и правильный подбор маски, обучение пациента, контроль его приверженности лечению и совместная работа со смежными специалистами (эндокринологом, диетологом, кардиологом).

