Соматоформное расстройство: случай успешного выздоровления спустя 15 лет поисков правильного специалиста

В октябре 2024 года к психиатру, т. е. ко мне, обратилась 49-летняя женщина по направлению от стоматолога.

Пациентку беспокоила жгучая боль в шее, болевые ощущения в челюсти, которые отдавали в верхние и нижние зубы, щелчки при открывании рта, напряжение мышц шеи и чувство «забитости», головные боли, нарушение сна, тревога и плохое настроение.

Она была уверена, что у неё «неправильный прикус», из-за которого сдвинулась челюсть, затем перенапряглись мышцы шеи, а потом и весь организм стал работать неправильно. При этом зубы у неё были здоровы.

Пациентке становилось лучше во время «зимовки» в Индии (последние несколько лет она уезжает туда с декабря по апрель). В этот период боль уменьшалась, организм «расслаблялся», сон и настроение приходили в норму. Тревога почти проходила, и женщина жила «нормальной жизнью». Сама пациентка связывала улучшение с йогой, правильным питанием и массажем.

Первые признаки болезни появились около 15 лет назад: женщина заметила щелчки в челюсти при открывании рта. Стоматолог порекомендовал брекеты. Через полгода врач, который их ставил, уволился, пациентка долго искала нового специалиста и очень переживала.

В это же время её муж погиб в аварии, и женщине пришлось взять управление компанией на себя. Появились тревога, панические атаки и бессонница, настроение снизилось. Она начала выпивать по одному-двум бокалам вина перед сном, чтобы успокоиться, но через 4–6 месяцев поняла, что привыкает к алкоголю, и бросила пить.

Всё это время пациентку продолжали мучить боли в голове и шее. По совету подруги она обратилась к массажисту, который нашёл «точки напряжения» в шее и связал их с «перекосом в челюсти». С тех пор женщина стала ходить к разным специалистам. Несколько раз носила брекеты, удаляла зубы, ставила импланты. Постоянно посещала остеопата, «костоправа» и иглотерапевта. Со временем бросила работу, передав компанию дочери и её мужу.

Около 4 лет назад невролог назначил Дулоксетин (антидепрессант) по 30 мг в сутки, через время дозу повысили до 60 мг в сутки. Пациентка принимала его около 3 месяцев, но эффект был слабый. Так как её подруга сказала, что антидепрессанты вызывают привыкание, женщина решила перестать принимать лекарство.

В последние 2 года её состояние ухудшилось. Она плохо спала даже на ортопедической подушке, постоянно болели голова, зубы и шея. Пациентка стала реже выходить на улицу, появилась постоянная тревога. Почти каждый день ходила к массажистам и иглотерапевтам, занималась йогой и растяжкой. Когда она в очередной раз пришла к стоматологу, врач сказал, что по его части всё в порядке, и посоветовал обратиться к психиатру.

По словам женщины, детство у неё было хорошим. Она росла и развивалась нормально. Была единственным ребёнком в семье. Ходила в детский сад и школу, дружила с детьми. Окончила институт. Психическими болезнями никто из родственников не страдал.

На приёме пациентка была в ясном сознании, выглядела опрятно. Настроение ровное. Умственные способности в норме, память не нарушена. Говорила в обычном темпе. Когда речь заходила о её болезни, она оживлялась, активно жестикулировала, показывала «перекос и напряжение» мышц шеи. Использовала много медицинских терминов.

Она не считала себя психически больной, но пришла к психиатру, потому что привыкла выполнять рекомендации врачей. К своему заболеванию относилась формально: считала, что ей просто не везло с докторами, и продолжала их искать. Была полностью поглощена темой своего здоровья. Рассказывала, что в Индии ей легче, потому что там «тысячу лет занимаются массажем, йогой и аюрведой». Галлюцинаций и бреда не было. Мысли о самоубийстве отрицала.

Показатели анализов крови, гормонов щитовидной железы, электроэнцефалограммы (ЭЭГ) и магнитно-резонансной томографии (МРТ) головы и шеи в пределах нормы.

Психологическое тестирование выявило:

Соматоформное расстройство.

Учитывая, что в прошлом женщина хорошо переносила Дулоксетин и давал хоть небольшой, но положительный эффект, ей назначили:

На следующем приёме через 3 недели пациентка рассказала, что не заметила эффекта от лечения, однако визуально было видно, что женщина стала менее тревожной и спокойнее описывала своё состояние. Учитывая результат, дозировку препаратов увеличили: Дулоксетин — до 90 мг, Рисперидон — до 4 мг. Также ей рекомендовали продолжать психотерапию.

Ещё через 2 недели пациентка сама заметила, что стала лучше спать, а тревога снизилась на 30–40 %. Однако появилась «неусидчивость». Дозировку снова скорректировали: Дулоксетин — 120 мг, Рисперидон — 4 мг. Дополнительно добавили Бипериден 2 мг — по таблетке в сутки.

Через 4 месяца лечения женщина отметила значительное улучшение. Она почти перестала ходить к другим специалистам (оставила только йогу и массаж). Через 9 месяцев она принимала по 2 мг Рисперидона и 120 мг Дулоксетина. При попытке снизить Дулоксетин снова появлялась тревога и боли в мышцах шеи.

Пациентка уже 2 года находится на терапии: сейчас она принимает по 90 мг Дулоксетина. Из-за приёма Рисперидона у неё повысился уровень пролактина в крови и появилась прибавка в весе, поэтому его заменили на Арипипразол (15 мг в сутки).

Кроме того, женщина ведёт активный образ жизни, занимается спортом, помогает дочери растить внука. Посещает психиатра раз в 3 месяца, продолжает занятия с психотерапевтом. Зимой, когда уезжает в Индию, контроль за состоянием специалисты осуществляют онлайн. Таким образом, терапия позволила ей достигнуть стойкой ремиссии.

Этот клинический случай описывает классический пример соматоформного расстройства: хроническая тревога, вызванная личными особенностями и психологической травмой, нашла выход в телесных симптомах, которые заняли главное место в жизни пациентки.

За 15 лет у неё сформировалась привычка «болеть»: ежедневные процедуры, бесконечные поиски «причины», сезонные поездки в Индию — всё это помогало женщине справляться с внутренним напряжением.

Случай показывает, как тревога, спрятанная за телесными симптомами, упрямое мышление и поддержка со стороны других врачей, которые лечили симптомы, а не пытались устранить причину, формируют хроническое болезненное поведение. К сожалению, путь к правильному специалисту занимает годы и стоит огромных денег. Однако, когда пациенту, наконец, ставят правильный диагноз, и он начинает осознавать истинную природу своих проблем, даже столь застарелое расстройство поддаётся коррекции.